8(909)064-92-92
Адвокат (рег. № в реестре адвокатов Удмуртской Республики 18/987),
Преподаватель Удмуртского государственного университета
«Истина нуждается в защите»

Агрызский районный суд Республики Татарстан

422231, г. Агрыз, ул. Казанская, 67

 

Истец: Зарипова Виктория Владимировна

422231, г. Агрыз, ул. Колхозная, дом 32

 

Ответчик: Иванов Иван Георгиевич

426000, Удмуртская Республика, город Ижевск, улица Автозаводская, дом 13, квартира 278

Представитель Ответчика: Ахмитшин Ринат Рашитович

426069, Удмуртская Республика, город Ижевск, улица Нижняя, дом 18

моб. 8 909 064 9292

отзыв

на исковое заявление об оспаривании договора залога.

 

На рассмотрении Агрызского районного суда Республики Татарстан находится гражданское дело по исковому заявлению Зариповой В.В. к Иванову И.Г. об оспаривании договора ипотеки от 23.06.2015.

С исковыми требованиями не согласны в силу нижеследующего.

 

Согласно тексту искового заявления Зарипова В.В. обращается в суд от своего имени и в своих интересах (поскольку обратное не указано в исковом заявлении). Однако основанием иска служит нарушение заключением договора ипотеки прав малолетних детей Зариповой В.В. Следовательно настоящее исковое заявление должно было быть подано Зариповой В.В. в интересах ее несовершеннолетних детей, то есть Зарипова В.В. должна была выступать законным представителем, а не подавать иск от своего имени. Сама Зарипова В.В., на наш взгляд, является ненадлежащим Истцом по настоящему делу.

 

Истец Зарипова В.В. достоверно зная, что закладываемая квартира приобретена ей на средства материнского сертификата, не поставила об этом в известность Ответчика (другую сторону договора), и при этом явно своим поведением выражала свою волю на заключение и последующее сохранение сделки.

Так, Зарипова В.В. подписала с Ответчиком договор займа и договор ипотеки квартиры, совершила все действия и формальности, необходимые для регистрации права залога, получила денежные средства по договору займа, осуществляла уплату процентов по договору займа (1 раз, как она поясняла), вела с Ответчиком переговоры по размеру задолженности.

При это Ответчик не был осведомлен о том, что спорная квартира куплена Ответчиком на средства материнского сертификата, а также о том, что у Истицы имеется неисполненной нотариальное обязательство о выделении долей третьим лицам.

В подтверждение своего права собственности на закладываемую квартиру Истица предоставила Ответчику свидетельство о праве собственности на квартиру, согласно которому квартира не имела обременений, а также договор купли-продажи квартиры, из текста которого так же не усматривалось, что квартира по нему куплена на средства материнского сертификата.

Таким образом, мы считаем, что в данном случае Истец действовала явно недобросовестно, поскольку ее поведение до и после заключения оспариваемой сделки давало основание Ответчику полагаться на действительность сделки.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом ).

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Соответственно, заключая договор займа в письменной форме, подписывая иные документы, гражданин, действуя добросовестно и разумно, обязан ознакомиться с условиями договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона сделкииз поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волюна сохранение сделки.

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделкидавало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Это правило, известное как правило «эстоппель», направлено на защиту добросовестной стороны, в данном случае – Ответчика, и является примером исцеления (конвалидации) оспоримых сделок, когда последующее одобрение сделки стороной устраняет ее возможную недействительность.

В связи с этим заявленное истцом требование о недействительности сделки должно быть расценено судом, как недобросовестное поведение стороны.

Правовая позиция по данному вопросу отражена, в том числе, в пунктах 1, 72 Постановления № 25 и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 66-КГ15-5.

 

В п. 2 ст. 37 ГК РФ закреплено, что опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из негодолей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного. Аналогичные положения содержатся в ст. 21 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве».

В данном случае речь идет об отчуждении имущества, принадлежащего подопечному.

Однако на момент заключения спорного договора залога несовершеннолетние дети Зариповой В.В. собственниками спорного имущества не являлись, согласно сведениям ЕГРП Истец была единственным собственником закладываемой квартиры.

При это действующее законодательство не содержит требования о получении согласия органов опеки и попечительства по сделкам в отношении имущества, которое в будущем, когда-нибудь будет передано с собственность несовершеннолетних.

Подобное расширительное толкование полномочий органов опеки и попечительства приводит к нарушению основополагающих принципов гражданского законодательства – принципа диспозитивности и свободы договора.

Заключение договора залога (ипотеки недвижимости) не предусматривало выбытия имущества из собственности залогодателя после заключения договора, не является сделкой по отчуждению имущества, а лишь обеспечивает обязательство истца по возврату займа.

 

В статье 37 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» прямо предусмотрено, что имущество, заложенное по договору об ипотеке, может быть отчуждено залогодателем другому лицу путём продажи, обмена…, или иным способом лишь с согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено договором об ипотеке.

В данном случае Ответчик не отказывается и никогда не отказывался от выделения доли в спорной квартире несовершеннолетним детям Зариповой В.В., однако после выделения залог в пользу Ответчика сохранится, поскольку смена собственника согласно действующему законодательству не является безусловным основанием для прекращения залога.

 

Кроме того, Истцом не доказаны следующие обстоятельства: факт выдачи ей материнского сертификата и факт расходования денежных средств по нему на оплату заемной задолженности, возникшей при покупке спорной квартиры.

Само по себе наличие нотариального обязательства, на наш взгляд, не подтверждает данные обстоятельства. Так, в тексте нотариального обязательства говорится лишь о намерении Зариповой В.В. воспользоваться правом на направление средств материнского капитала на погашение целевого займа.

Надлежащим доказательством вышеуказанных юридически значимых по настоящему делу обстоятельств были бы сведения, представленные Пенсионным фондом РФ о выдаче Истцу соответствующего сертификата и о перечислении денежных средств по нему в пользу КПК «Партнер».

 

Также обращаем внимание суда на отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Истцом не приведено ни одной нормы закона, которое запрещает заключение подобных сделок ипотеки или говорит о том, что невозможность исполнения нотариального обязательства влечет недействительность сделок.

 

Приложение: решение Ленинского районного суда города Ижевска от 14.03.2016.

 

09.06.2016

____________________________ Р.Р. Ахмитшин